Московский театр драмы и комедии на Таганке
Таганка 80-х гг. - Любимов в 1982 г. репетирует и готовит
к выпуску пушкинского "Бориса Годунова". Брежнев умер. Его сменил новый правитель, однако ненадолго. Комиссия по руководству искусством глядит спектакль Таганки и запрещает его показывать публике. Новость облетела всю Москву. Конечно, кричали, что, мол,
дошли до того, что "запретили Пушкина". Однако запрещали все-таки спектакль Любимова. Запрещали недопустимый с позиции общепринятого искусства настолько легкомысленный принцип трактовки истории - по "скоморошьим" театральным законам. К тому же и иные
акценты были смещены - ведущего персонажа в спектакле как бы и не
было. На I план был выдвинут народ, при этом народ не просто "безмолвствующий", однако потерявший вообще всякую надежду на
своих правителей. У этого народа лишь и осталось что, так это -
песня, в которой он и отводил собственную душеньку. Понятно, что аллюзии
спектакль вызывал архисовременные. К тому же все костюмы были
лишены исторической правдивости и откровенно осовременены или,
если возможно как говорится, "осовечены". Лжедмитрий был одет под
анархиста-морячка, боярин - в шинель, патриарх всея Руси - в госпитальный халат и ходил с костылем, перебежчик Андрей Курбский - в зарубежные джинсы, а затворник-монах Пимен напоминал
явно современного "зэка". Тоже заканчивался спектакль "Вечной памятью" по всем невинно убиенным. Спектакль абсолютно
явно говорил об одном - о власти. Невзирая на то что у театра постоянно были покровители во властных структурах, идеологический механизм работал четко и был сильнее отдельной личности. Однако отношение к Таганке обострилось еще после премьеры "Дома на набережной" Ю. Трифонова, а здесь новый конфликт - "Борис Годунов"....
Да еще "Владимир Высоцкий" (также был закрыт)... Любимов едет в
Лондон для постановки "Преступления и наказания". После успешной премьеры дает интервью, которое изменило его судьбу. Он го
ворит о том, что его работы запрещены и он не может с этим свыкнуться. Это же он повторяет на Би-би-си. Любимов заявляет, что он
не просит политического убежища, однако, хотя же, остается в Лондоне, где, по его словам, собирается жить до тех пор, "пока мне не гарантируют условий, в которых я могу трудиться". В марте 1984 г.
было проведено общее собрание труппы в театре на Таганке, где было
сказано начальником Управления культуры, что Любимов уклонился от выполнения своих служебных обязанностей, а посему снимается
с поста руководителя театра. В оставшейся без главы труппе, конечно, начались разброд и шатания. Часть киноактеров (Губенко, Золотухин, Смехов) выступили против прихода в театр некоего другого
кинорежиссера. Ч/з 3 г. дал согласие возглавить Таганку Анатолий
Эфрос. Труппа его не принимала, все пылали и негодовали, однако часть
киноактеров его приняла. Эфросу, естественно, досталось это художественное руководство и работа на Таганке дорогой ценой. Раскол в
труппе был абсолютно очевиден.
|
|
|
|
|
