Михаил ВолковЕму ничего не давалось без труда. Ни в искусстве, ни в жизни. Однако постоянно, даже в наиболее трудные моменты, он производил впечатление весьма благополучного человека. Подтянутый, несуетливый, с уверенными манерами и постоянно чуточку закрытый для окружающих. Эти же черты роднят и практически всех его сценических и экранных героев - разведчика Крылова-Крамера в кино и Электрона Евдокимова в театре, Джейка Барнса в ТВ спектакле, и Шеффера в ТВ кинофильме.
Из его многочисленных героев есть люди честные, бескомпромиссные, есть эгоисты, откровенные приспособленцы, ан нет людей слабых, сломленных жизнью, растерявшихся. Эти люди сильны и практически постоянно значительны, даже если и неудачливы. Михаил Волков постоянно играет человека, который делает то, что желает. Однако желания эти бывают бесплодны, а порой и преступны.
Широкая популярность к Волкову пришла в итоге 1960-х гг., когда на экранах возникли кинофильмы "Путь в "Сатурн"" и "Конец Сатурна". Его узнавали на улицах. Киностудии наперебой приглашали играть в ролях разведчиков. В рецензиях ему адресовано было немало заслуженно лестных слов. Но еще и до этого были у Волкова не меньшие творческие Удачи - и н тв и в театре.
Когда состоялся кинодебют, Волкову было уже более тридцати лет. Позади остались I-е трудные шаги на сцене Драматического театра города Николаева, где приходилось немало сниматься, однако мало трудиться над ролями, и поиски собственной тематики на сцене Киевского ТЮЗА, и тяжелое утверждение себя в прославленном коллективе Ленинградского академического Крупного драматического театра имени М. Горького - постижение его высоких художественных принципов сценического искусства.
Тут все взяло начало с провала. I-я роль, на которую в 1961 г. пригласили Михаила Волкова - Чацкий, ему не удалась. На премьере ее сыграл иной артист. Это была травма. Однако это было и старт того пути, по которому Волков пришел к собственным крупным успехам. Работа над ролью Чацкого, встреча с режиссером Г. А. Товстоноговым убедили его, что мало на сцене эмоциональной искренности, актерской технической грамотности, жизненного правдоподобия. Для того чтоб сделать характер, нужно глубоко проникнуть в суть его и отыскать собственную философскую позицию. Ведь именно способность мыслить и отличает настоящего художника от ремесленника. Волков не сдался, не ушел из театра, он стал учиться со скрупулезной тщательностью творить характер изнутри - привыкать к трудному способу добывания художественной правды. Попробовал (сперва своими силами) трудиться над образом Молчалина. И совсем скоро вышел на сцену.
Это был умный, непринужденно элегантный, не лишенный даже некоторого романтизма Молчалин. Однако при всей тонкой и завораживающей обходительности, при мягкости интонаций было в этом человеке нечто настораживающее, какая-то неуязвимость: чудилось, ничто и никогда не замутит его души - ни настоящая любовь, ни горячая дружба, ни предательство. За выработанной корректностью, за вышколенным изяществом манер сквозили апатичный цинизм и прохладная расчетливая деловитость. Это был не просто точно сыгранный характер, а открытие той победительно-агрессивной силы, что начинала править в мире уцененных духовных ценностей и возросших ценится ценностей материальных. |
|
|
|
|
